Байки инструктора

Посылка для друга

Автор:

30 Дек, 2016  

У отца в жизни все просто. Максимально просто. Там в походах, знаете ли, не до прелюдий.

А еще он постоянно где-то работал. Я имею ввиду постоянную работу, а не сезонную туристическую. Каждую осень он устраивался на работу и кое в чем даже преуспел. Он был лаборантом, инженером, водителем на грузовике. Одно время он даже работал в министерстве сельского хозяйства. Но как только наступало лето, у него срывало клапан. Он брал отпуск за свой счет или увольнялся и уезжал в горы. На Алтай, на Байкал или на Камчатку.

С простым честным отношением к жизни и длинным послужным списком у отца скопилось довольно много друзей. Хороших друзей, что редкость в наше время. И они раскиданы по всей России.

Мне приходится много передвигаться по Сибири. А отец любит передавать подарки своим многочисленным друзьям. Передает он, как правило, одни и те же три вещи:

  1. Гречка. Последние 20 лет отец работает на переработке гречихи. Таскает мешки если позволяет здоровье. Сторожит бытовку чтоб не украли, если не позволяет. Каждую смену он, с молчаливого дозволения начальства, выносит до 10 кг отборной гречки. Временами он живет как «человек, который хотел украсть Колизей» из одноименной сказки Джанни Родари. Он не ест гречку но его дом заставлен плотно набитыми мешками, есть только проход к плите, к туалету, к телевизору и к кровати. К счастью время от времени приезжают голодные родственники и все разбирают.
  2. Сахан–Даля. Вкусная тонизирующая травка для чая, что растет в восточных и западных Саянах. Однажды я кинул безобидный пакет этой травы в бардачок и забыл о нем. Но вспомнил, когда его выудил таможенник на границе с Казахстаном.
  3. Дешевый коньяк. Просто потому, что на дорогой у него нет денег.

Он радует всех своих друзей этими вещами. «Мало ли тебе что-то понадобится, а ты будешь знать, к кому обратиться», объясняет он. На самом деле таким образом он просто хочет похвастать мной перед друзьями. Ведь у него есть сын. Уже взрослый, самостоятельный, с работой.

Как–то раз я встречался по работе с чиновником из администрации. Кабинет с округлым резным столом, портрет Путина на стене, чай в стаканах с золотыми подстаканниками.

— Сашка Шляпа–Жопа. Был у нас мастером на заводе. Неплохой, в общем–то, мужик. Передай ему гречки да бутылочку возьми, — напутствовал отец.

— Отец, ты в своем уме? Куда я, бл*ть, с мешком гречки и пакетом травы? В краевую администрацию?

А если не передать, старик обидится. И получатель обидится тоже, если узнает, что не передал. И вот я начинаю неловко мямлить, когда рабочие вопросы уже улажены.

— Мой отец немного знает вас. Он просит передать…
— А, Иваныч? А что передал? Доставай давай!
— Да неловко было. Я в машине оставил.
— Ну заезжай на парковку.

И вот я заезжаю под шлагбаум, паркуюсь возле «крузака» этого трудяги и гружу ему 20 кило гречки, пакет Сахан-Дали и бутылку Кагора. Он счастлив, как Куклачев.

Или вот Новый Год 2010
— Отец, я собираюсь на Новый Год в Турочак. Тебе привезти что–нибудь из Горного?
— Турочак? Там до Артыбаша рукой подать! Заехай к Витьке Староверову на Кедровую дом 19, передай от меня гречки да бутылочку какую–нибудь х*евенькую.

Стоит ли говорить, что я знать не знаю, кто такой Староверов и где находится Кедровая 19?

31 декабря 2009 года. Я разгоняю машину по Солтонскому тракту, чтобы одарить Витьку Староверова и успеть встретить новый год с друзьями. Солтонский тракт некогда был проездной дорогой и позволял здорово срезать путь из Бийска в Турочак. Сейчас дорога представляет собой печальное зрелище. Населенных пунктов по пути почти не осталось. Деревни превратились в отшельничьи хутора. Летом покрытие представляет собой диагностический стенд длиной чуть больше 100 км для подвески автомобиля. Зимой если дорога чистится чаще, чем раз в неделю — это здорово.

На относительно хорошем участке машину заносит, я делаю петлю Ипполита, и улетаю в сугроб. Сам цел, машина работает, но своим ходом не вылезу. Здесь и летом трафика немного, а 31 декабря я не встречал еще ни одной машины. Вокруг только горы и лес. Связь не берет.

832071

И тут мне на выручку приходит лесовоз. Сначала он выдергивает из сугроба мой бампер, затем и весь автомобиль.

Я продолжаю путь с бампером в салоне. Снегопад, тем временем, превращается в снежную стену, в повороты иной раз я вхожу только по навигатору. При контакте с сугробом под капот набился снег, образовав ледяную корку, которая сковала вентилятор радиатора.

На улице окончательно темнеет. Время от времени начинает закипать антифриз. Периодически останавливаюсь и убираю из радиатора лед и снежную крошку, но помогает мало.

Останавливаться стало опасно — можно больше не тронуться. Снега нападало уже сантиметров тридцать и пока он рыхлый можно продолжать движение за счет инерции и веса автомобиля.

В один из моментов, когда стрелка предательски заползла в красную зону, на дорогу выходит волк. Смотрю на него, он на меня. Приоткрываю на ходу капот и посильнее включаю печку. Вроде помогает, стрелка падает.

В Артыбаш я въехал ровно под бой курантов. Население поселка уже отчаянно кутит.

— Отец, где тут у вас Кедровая дом 19? – спрашиваю у населения.
— А вот там, под горой!

Доехал под гору.
— Подскажите, где дом 19? Это же Кедровая? – уточняю у мужика возле магазина.
— Какого х*я Кедровая–то? Подгорная это. Кедровая вооон там.

И пальнул из ракетницы в нужном направлении. Снаряд, правда, угодил в крону ближайшей лиственницы.

Добраться на Кедровую было делом не из легких. Многоуровневый крутой подъем с учетом снегопада превратился в настоящее препятствие. Со второй попытки преодолеваю первую ступень, с четвертой попытки — вторую. На третьей ступени машина снова кипит. Глушу и бросаю прям на дороге. Кидаю мешок на горб, бутылку в карман пуховика. Лезу по сугробам напрямки, цепляясь за молодые ели.

Я почему–то еще когда сидел в сугробе, подумал, что хозяев должно быть нет дома. Их же никто не предупредил. И по мере преодоления препятствий, все больше в этом утверждался.

Но нет, я нахожу 19-й дом, и на крыльце под трехсотлетним кедром сидит очень усталый усатый мужик и курит.

— С новым годом. Это от Иваныча. От Виктора.

Мужик измученно посмотрел на меня.

— А ты кто еще такой?

Я оставил мешок и бутылку. Объясняться было глупо, некогда, не к месту. Отец, думаю, там сам созвониться и объяснит.

Но я не учел, да и не мог учесть главного — дом 19 рассчитан на два хозяина. Поэтому через несколько дней отец объяснял Витьке Староверову, почему тот должен забрать у соседа мешок гречневой каши. Вот правда коньяк к тому времени уже закончился.


Будь другом — поделись с друзьями: Share on VKShare on FacebookTweet about this on Twitter

,